Отказ в списании долгов за недобросовестность: набрал кредиты прямо перед подачей

Разбор предостережения: как поведение должника накануне подачи заявления и внутри самой процедуры стоило ему списания долгов. Итог редкий, но именно поэтому важный - показывает, чего в процедуре делать нельзя.

Развилка

Когда финансовый управляющий и кредиторы начали задавать неудобные вопросы, у должника ещё оставались три варианта поведения:

1. Признать всё, дополнить опись и список кредиторов, объясниться на собрании кредиторов. Пункт 4 ст. 213.28 ФЗ-127 позволяет суду отказать в освобождении при недобросовестности должника, но по разъяснениям Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 13.10.2015 № 45 (п. 45-46) недобросовестность оценивается по всей совокупности поведения - и активная попытка исправить ситуацию внутри процедуры смягчает картину.
2. Отрицать очевидное, ссылаться на «забыл» и «сумма несущественная». Так тень недостоверных сведений превращается из ошибки в осознанное поведение - а именно это отдельно раскрывает пп. 2 п. 4 ст. 213.28 ФЗ-127.
3. Отозвать заявление и попытаться договориться с кредиторами вне процедуры. Возможно на ранней стадии - до принятия судом заявления и введения процедуры реализации имущества. После этого возврата нет: процедура идёт до определения по итогам, а кредиторы вправе поддерживать её и добиваться неприменения освобождения.

Должник выбрал второй путь - в надежде на «формальный подход» и «мелкие расхождения». Не сработало.

Что сделали (и что произошло)

1. Финансовый управляющий проверил хронологию долгов

   Стандартная процедура: запросы в бюро кредитных историй, выписки по всем счетам за 3 года (п. 8 ст. 213.9 ФЗ-127). Финансовый управляющий увидел, что пять из восьми обязательств оформлены в течение 3-4 месяцев до подачи заявления, а параллельно росли покупки по картам - крупная бытовая техника, авиабилеты, гостиница.

2. Сверил доход по банковским анкетам с 2-НДФЛ

   По запросу управляющий получил в кредитных досье копии заявлений-анкет: во всех пяти свежих договорах указан доход, в 2,5-3 раза превышающий официальный по справкам работодателя за тот же период. Это прямой признак пп. 3 абз. 4 п. 4 ст. 213.28 ФЗ-127 - «предоставил кредитору заведомо ложные сведения при получении кредита».

3. Восстановил список кредиторов и опись имущества

   По выпискам БКИ выяснилось: два микрозайма из свежих в списке кредиторов не значатся. По движению средств и переписке с онлайн-магазинами - несколько единиц бытовой техники и электроники в описи тоже отсутствуют. Управляющий добавил недостающих кредиторов в реестр и уведомил суд о неполноте описи. Это фиксирует пп. 2 п. 4 ст. 213.28 ФЗ-127 - «предоставил заведомо недостоверные сведения».

4. Кредиторы подали ходатайства о неприменении освобождения

   Один из банков и один МФО заявили в дело о банкротстве мотивированные ходатайства: изложили факты (даты и суммы новых займов, ложные сведения о доходе, недекларированное имущество), приложили копии кредитных досье. Собрание кредиторов позицию поддержало. По п. 4 ст. 213.28 ФЗ-127 такие обстоятельства подлежат установлению именно судебным актом по делу о банкротстве.

5. Финансовый управляющий подготовил заключение о признаках недобросовестности

   В отчёте по итогам процедуры реализации управляющий отдельным разделом описал признаки недобросовестности: наращивание задолженности накануне подачи в отсутствие реального дохода для обслуживания, ложные сведения в анкетах, неполнота списка кредиторов и описи имущества. Заключение приобщено к отчёту.

6. Суд не применил освобождение от обязательств

   По итогам процедуры реализации имущества суд не применил в отношении должника правила об освобождении от исполнения обязательств (п. 4 ст. 213.28 ФЗ-127). В судебном акте перечислены основания: недостоверные сведения в списке кредиторов и описи, ложные сведения о доходе при получении новых займов, отсутствие экономической цели заимствований, помимо погашения текущих платежей. Требования кредиторов сохранили силу и после завершения дела о банкротстве.

Срок и стоимость

Процедура прошла полный цикл - от подачи заявления до определения по итогам процедуры реализации имущества - примерно за 10-12 месяцев. Прямые расходы должника:

• Депозит на вознаграждение финансового управляющего - 25 000 ₽ (ст. 20.6 ФЗ-127).
• Публикации в ЕФРСБ и «Коммерсанте» - 15 000-20 000 ₽.
• Юридическое сопровождение подготовки заявления и документов - 30 000-80 000 ₽ (диапазон, зависит от региона и числа кредиторов).
• Государственная пошлина с гражданина-должника не взимается (ст. 333.36 НК РФ в редакции Федерального закона от 08.09.2024 № 259-ФЗ).

Итого личные расходы - порядка 70-125 тысяч рублей. Результата в виде списания долгов эти расходы не принесли.

Итог

Суд не применил ст. 213.28 ФЗ-127 - освобождение от обязательств не наступило. Все включённые в реестр требования, включая ту часть, где недобросовестность управляющий и кредиторы прямо не доказывали, сохранили силу. После завершения дела кредиторы вправе продолжить взыскание в общем порядке, а исполнительные производства могут быть возбуждены заново (мораторий по ст. 213.11 ФЗ-127 действовал только в период процедуры). Одновременно на 5 лет после завершения дела возникают ограничения по ст. 213.30 ФЗ-127: обязанность сообщать о факте банкротства при получении новых кредитов и займов, запрет занимать должности в органах управления юридических лиц, повторное банкротство по своему заявлению - только по истечении 5 лет.

Что было бы, если...

Если бы должник не оформлял пять новых займов накануне подачи. Основного признака недобросовестности - наращивания долгов без реального источника погашения - в деле бы не появилось. Даже при наличии старых просрочек стандартная процедура для человека с доходом, не покрывающим платежи, обычно завершается освобождением от обязательств - это подтверждает разбор «Списание 1,2 млн потребкредитов и микрозаймов при доходе ниже прожиточного минимума». Разница - в поведении, а не в размере долга.

Если бы в анкетах на кредиты был указан реальный доход. Даже при отказе банка выдать заём при честном доходе - должник сохранил бы главное: отсутствие в кредитных досье прямого признака пп. 3 абз. 4 п. 4 ст. 213.28 ФЗ-127. Ложные сведения при получении кредита - самостоятельное основание не применять освобождение, независимо от других обстоятельств. Отдельно: за отдельные формы обмана кредитора возможна и уголовная ответственность (ст. 159.1 УК РФ), но её применение требует приговора, а не установления факта в деле о банкротстве.

Если бы должник честно раскрыл все обязательства и всю купленную технику в описи. Наращивание долгов накануне подачи - серьёзный, но не единственный фактор: п. 4 ст. 213.28 ФЗ-127 требует оценки поведения в совокупности. Открытое поведение внутри процедуры (полный список кредиторов, полная опись, добровольная передача имущества управляющему) при отсутствии сокрытия - смягчает картину, и суды в такой конфигурации чаще применяют освобождение с оговорками, чем полностью отказывают.

Если бы вместо новых займов должник заранее обратился к альтернативам. Реструктуризация в текущем банке, кредитные каникулы по Федеральному закону от 03.04.2020 № 106-ФЗ, переговоры с кредиторами о плане платежей - все эти инструменты работают до, а не после того, как долг оказался неподъёмным. Если и они не сработали, законный путь - подать заявление о банкротстве с честной описью и полным списком кредиторов. Как отличать добросовестного специалиста от того, кто обещает «списание за день», - в отдельном разборе «Как выбрать юриста по банкротству». Что реально происходит с кредитной историей после честной процедуры - в статье «Портит ли банкротство кредитную историю навсегда». А граница между «какие долги списываются, а какие нет» - в статье «Какие долги списываются при банкротстве».